Дионисий Ареопагит

Живший в первом веке новой эры первый епископ Афин, рукоположенный в сан самим апостолом Павлом, по преданию умер мученической смертью в Галлии ок. 96 года. Сочинения под этим именем – «О мистическом богословии», «О небесной иерархии», «О Божественных именах», «О церковном священноначалии» – появились на рубеже V–VI веков и, естественно, вызвали сомнения в авторстве именно первого афинского епископа. Однако, как бы то ни было, они заняли исключительно почётное место во всём своде основополагающего раннехристианского богословия. Прежде всего, нас интересует трактат «О Божественных именах», в котором подробно рассматривается вопрос о сущности добра и зла.

Итак, глава четвертая указанного трактата – «Об именах «Добро», «Свет», «Красота», «Любовь», «Экстаз», «Рвение», о том, что зла не существует, что оно не от Сущего и не в числе сущих» – начинается с основополагающего тезиса (цит. по книге «Мистическое богословие Восточной церкви». – М.: АСТ. Харьков: Фолио, 2001):

«Ну, хорошо, перейдем теперь в нашей речи уже к тому самому благоименованию, которое богословы решительным образом выделяют из всех других, применяемых к сверхбожественной божественности, называя Благостью, как мне кажется, само Богоначальное бытие, имея при этом в виду, что для Добра существовать – как для Добра по существу – означает распространять благость во все сущее. Ибо как солнце в нашем мире, не рассуждая, не выбирая, но просто существуя, освещает все, что по своим свойствам способно воспринимать его свет, так и превосходящее солнце Добро, своего рода запредельный, пребывающий выше своего неясного отпечатка архетип, в силу лишь собственного существования сообщает соразмерно всему сущему лучи всецелой Благости.

Благодаря им возникли все умопостигаемые и разумеющие сущности, силы и энергии; благодаря им они существуют и имеют неиссякающую и неумаляемую жизнь, свободные от всякого тления, смерти материи и рождения, пребывающие выше непостоянства, текучести и так или иначе происходящего изменения. Поскольку они бестелесны и невещественны, они воспринимаются разумом, а поскольку они суть разумы, они сверхмирно разумеют и подобающим образом просвещают логосы сущего и далее к родственному свое переправляют. И обитель они имеют от Благости, и пребывалище их оттуда же, и связь, и охрана, и средоточие благ; Ее желая, они имеют и бытие и счастье; по возможности Ей уподобляясь, они благовидны и, общаясь с теми, кто ниже их, они, как учит божественный закон, распространяют на тех получаемые от Добра дары» (сс. 430-431).

Таким образом, Добро (или Благость) – основа основ, причина причин, мера мер, сущность сущностей, высший фундамент и первоисточник. И как постоянное тому подтверждение в нашем отражённом, дифференцированном, феноменальном мире есть тот факт, что все и всегда желают добра – как правило, относительного, то есть для себя – но, тем не менее, именно добра – никто ведь не желает себе зла, как бы ни изощрялся в умствованиях на предмет его необходимости.

А теперь посмотрим, что такое, по Дионисию Ареопагиту, зло? Читаем: «Остается считать, что зло представляет собой слабость и убывание Добра» (с. 481). – Что сие значит? А то, что зло подобно ржавчине на железе может существовать только при наличии основы, то есть добра, всячески уменьшая эту основу. Зло – это порча, болезнь, существующая дотоле, доколе существует сам организм. Посредством зла разрушается то, что временно – временный организм, но не разрушается то, что неразрушимо.

Зло – это отрицательная величина, способная проявляться лишь при наличии величины положительной. Если же таковой нет, то и отнимать не от чего. И потому зло не имеет СОБСТВЕННОЙ основы, а, следовательно, и собственного НАДБЫТИЯ, существуя лишь феноменально – в мире феноменальных следствий, а не ноуменальных причин. «Причина благ едина. Если зло противоположно Добру, то причин зла много. (И опять-таки – оппозиция единства и множественности! – О. К.). Не смыслы ведь и силы производят зло, но бессилие, слабость и несоразмерное смешение несхожего. Зло и не неподвижно и не всегда одно и то же, но неограниченно, беспредельно, способно быть переносимо в другое, такое же беспредельное. Всего же злого и началом и концом оказывается Добро, ибо все существует ради Добра – и то, что благо, и то, что ему противоположно, ибо и это мы творим, благого желая: никто ведь, на зло обращая взор, не творит то, что творит. Так что зло не имеет субстанции, но лишь ее подобие, появляясь не ради себя, но ради Добра» (сс. 481-482).

«Злу надо приписать случайное бытие, возникающее благодаря другому, а не из собственного начала. Являясь, оно представляется правым, потому что ради Добра является, по сути же оно не право, потому что не-добро мы принимаем за Добро.

Оказывается, желаешь одного, а получается другое. Таким образом, зло вне пути, вне цели, вне природы, вне причины, вне начала, вне конца, вне предела, вне желания, вне субстанции. Следовательно, зло есть ущербность, недостаток, немощь, несоразмерность, грех, бесцельность, безобразие, безжизненность, безумие, бессловесность, необдуманность, безосновательность, беспричинность, неопределенность, бесплодность, бездеятельность, безуспешность, беспорядочность, несхожесть, неограниченность, темнота, бессущественность и само никогда никак ничего не-существование» (сс. 482-483).

«Суммируя, можно сказать, что добро происходит от единой всеобщей Причины, зло же от многих частичных оскудений» (с. 479).

А раз нету ноуменального (абсолютного) зла, то и дьявол может иметь смысл лишь как принцип иллюзорного (не)существования, отпадения от существования истинного. Во всяком случае, для некой сущности, творящей вселенское зло ради самого зла, у Дионисия места не находится. Вообще же о демонизме говорится следующее:

«Но и демоны по природе не злы. Ибо будь они злы по природе, они были бы не от Добра, не в числе сущих, не из благих, изменивших свою природу, и были бы вечно злы. Да и по отношению к себе они злы или для других? Если по отношению к самим себе, то самих себя и губят, если же для других, то как и что они губят: сущность, силу или энергию? Если сущность, то, прежде всего, – не вопреки природе, потому что нетленное по природе они не разрушают, а только подверженное тлению. А это не для всего зло и не совершенное зло. Да и ничто из сущего не гибнет в существе и по природе, только логос гармонии и соответствия теряет – от недостатка свойственного природе порядка – способность оставаться прежним» (с. 470).

И в другом месте: «Так что зло не-суще, и зла нет среди сущих. Зло как таковое не существует нигде. Зло возникает не от силы, но от слабости. Даже у демонов то, что они собой представляют, – и происходит от Добра и представляет собой добро. Свойственное же им зло – следствие их отпадения от собственных благ, уклонение от тождественности и неспособность обладать подобающим им ангелоподобным совершенством. Они желают добра, когда они желают быть, жить и думать. И если они не желают добра, они желают не-сущего. И это уже не желание, а погрешность относительно истинного желания» (сс. 484-485).

Таким образом, следуя за Дионисием Ареопагитом, получаем, что зло (и дьявол как принцип его реализации) – не что иное как болезнь, недостаток добра, гармонии, любви, положительной силы, выход в отрицание, в мнимость…

1
Оставить комментарий

avatar
0 Авторы комментариев
Авторы недавних комментариев
  Подписаться  
новее старее большинство голосов
Уведомление о
trackback